За Родину, за Пушкина

 

Михаил Иванович Маркелычев родился в селе Белозерье Карсунского района в 1924 году. Детство и юность его прошли в посёлке Ивановский, где в конце 20-х годов прошлого столетия был создан новый колхоз из выходцев села Белозерье. Получается, что жители села Белозерье и посёлка Ивановского – побратимы. У нас общие корни, уходящие в глубь веков. Нас объединяют одинаковые фамилии, диалект, обычаи предков и подвиги наших отцов и дедов в годы Великой Отечественной войны.

Когда началась Великая Отечественная война, Михаилу Маркелычеву было 17 лет. В ряды Красной Армии юноша был призван 
6 июня 1943 года и уже 30 июня принял присягу, из призывника превратившись в солдата. Из военно-пересыльного пункта Ульяновска он был направлен в 37 запасную стрелковую дивизию, которая дислоцировалась в Пензенской области на железнодорожной станции Селикса.

Это был один из многочисленных учебных лагерей, которые были развёрнуты по всему Советскому Союзу для подготовки новобранцев. В Селиксе проходили обучение военному делу призывники из разных республик нашей Родины. Здесь формировались маршевые команды, которые отправлялись на фронт для пополнения воинских частей. За годы войны через учебный лагерь прошли порядка 400 тысяч человек. В 1941-1942 годах обучение бойцов было ускоренным, но в 1943 году обучение могло идти и по полной программе военного времени. Возможно, Михаил осваивал науку молодого бойца, набирался сил и опыта в 103 запасном стрелковом полку 37 запасной стрелковой дивизии в Селиксе до 1944 года.

Когда точно Михаил Иванович Маркелычев был отправлен на передовую, неизвестно, но в документах указан 72 стрелковый полк 321 стрелковой дивизии 3-го формирования, в составе которого паренёк из Ивановского посёлка вступил в схватку с гитлеровскими захватчиками. Полное название дивизии: 321 стрелковая Чудовско-Дновская Краснознамённая дивизия.

Где же сражались в интересующий нас период стрелковые бригады, из которых была сформирована 321 стрелковая дивизия? В январе 1944 года войска Ленинградского и Волховского фронтов деблокировали Ленинград и стали продвигаться в сторону Пскова. Перешли в наступление и войска 2-го Прибалтийского фронта. 28 января 1944 года в результате упорных боёв войска 54-й армии овладели городом Чудово. Здесь же в боях отличилась и 14 отдельная стрелковая бригада (первый предшественник), ей было присвоено почётное наименование «Чудовская». 

Во второй половине февраля 1944 года 137 бригада (второй предшественник) в составе 1-й ударной армии начала наступление в районе Старой Руссы через озеро Ильмень. Преследуя отступающего врага, части 1-й ударной армии 18 февраля освободили Старую Руссу, 22 февраля 1944 года продолжили наступление и через два дня взяли город Дно Псковской области. Войскам, участвовавшим в его освобождении, приказом ВГК от 24 февраля 1944 года была объявлена благодарность. В Москве по этому случаю был дан салют 12-ю артиллерийскими залпами из 124-х орудий. 137 бригада стала называться «Дновской».

Всего во второй половине февраля 1944 года 137 бригада продвинулась от Старой Руссы на 180 километров.

К марту 1944 года войска 2-го Прибалтийского фронта вышли к реке Великой в районе населённого пункта Пушкинские Горы Псковской области.
Рубеж обороны противника Псков – Остров – Пушкинские Горы являлся частью оборонительной линии «Пантера». Её самыми мощными оборонительными узлами были города Остров и Псков. В этом районе на 1 километр линии укреплений приходилось в среднем до 8 дотов и 12 дзотов противника. Она включала противотанковые и противопехотные минные поля и противотанковые рвы. Передний край линии представлял систему опорных пунктов, соединённых между собой ходами сообщения и проволочными заграждениями в 2-3 кола.

Противник усиленно укреплял передний край и глубину обороны, ежедневно проводя окопные работы. По западному берегу реки Великой располагались сплошная траншея в полный профиль, жилые землянки и блиндажи. На переднем крае противника в течение марта-апреля 1944 года наблюдались инженерные работы по укреплению рубежа, в глубине немецкой обороны было замечено движение танков, переброска живой силы на автомашинах.

На этом рубеже до мая 1944 года сражались вместе бок о бок обе стрелковых бригады–предшественницы. Думаю, что в одной из них бился с врагом Михаил Маркелычев. Бои на этом рубеже продолжались до июля 1944 года - до прорыва линии «Пантера».

Каждая страница журнала боевых действий 321 СД скупо, по-военному, раскрывает боевые будни дивизии. В марте 1944 года личный состав дивизии нёс службу боевого охранения, вёл непрерывное наблюдение за противником, занимался боевой подготовкой. На переднем крае велись инженерные работы по укреплению обороны. Разведгруппы совершали вылазки в тыл врага с целью захвата «языка». Наши войска накапливали силы для прорыва вражеской обороны.

В начале мая 1944 года две бригады (14 и 137 ОСБР), обескровленные в боях на этом рубеже, были сведены в одну стрелковую 321 дивизию. С 15 июня по 10 июля 1944 года дивизия продолжала занимать оборону в районе населённого пункта Пушкинские Горы Псковской области. Позиции на Григоркинском кряже переходили из рук в руки.

С 11 июля по 21 июля 1944 года 321 СД участвовала в наступательных боях по прорыву обороны противника в районе посёлка Пушкинские Горы, форсированию рек Великой, Синей.

Мы знаем, что Пушкинские Горы тесно связаны с жизнью А. С. Пушкина. Здесь находятся два имения семьи поэта (Михайловское и Петровское) и одно – друзей Пушкина (Тригорское), а также Святогорский монастырь, где похоронен поэт.

С мая 1944 года красноармеец Маркелычев Михаил, стрелок 72 стрелкового полка 321 стрелковой дивизии продолжал свой боевой путь на подступах к посёлку Пушкинские Горы. Знал ли он, что в скором времени его полку предстоит освобождать пушкинские места? Конечно, знал.
В дни затишья в частях проводились беседы, лекции о Пушкине. Политотдел 54 ударной армии, в состав которой входил на данном этапе военных действий 72 стрелковый полк Михаила Маркелычева, выпустил листовку, посвящённую предстоящим боям:

«Пушкин! Какому советскому человеку не дорого это имя. На нём воспитывались и его любили поколения лучших наших людей, наши деды и наши отцы, мы сами и наши дети.

Пламенный патриот Пушкин верил в наш народ, в его силу и отвагу, в то, что из любой беды он выйдет и любого врага одолеет. В сознании силы и могущества нашего народа поэт горделиво восклицал:

Иль нам с Европой спорить ново?
Иль русский от беды отвык?
Иль мало нас? Или от Перми до Тавриды,
От финских хладных скал до пламенной Колхиды,
От потрясённого Кремля
До стен недвижного Китая,
Стальной щетиною сверкая,
Не встанет русская земля?
Так высылайте ж к нам, витии,
Своих озлобленных сынов:
Есть место им в полях России,
Среди нечуждых им гробов.

Вперёд же, воины нашего соединения! Много немецких мерзавцев уложили уже мы в «…полях России, среди нечуждых им гробов». Продолжим наше святое солдатское дело здесь, в местах, овеянных гением великого поэта. Отомстим немецко-фашистским варварам, надругавшимся над памятью Пушкина! Не может больше наша национальная святыня – могила Пушкина – находиться в поганых немецких руках! Вернём Родине пушкинские места – и пойдём дальше на запад, на полный разгром и уничтожение врага, посягнувшего на жизнь и свободу нашего народа!»
Решающее наступление развернулось в начале июля 1944 года. Хотя к этому времени наш герой Михаил Маркелычев, участвуя в боях на подходе к реке Великой Псковской области, был ранен и находился в госпитале, мне хочется рассказать об этом событии в память о боевых товарищах Михаила, погибших при освобождении Пушкинских Гор. 

С переднего края наши бойцы могли разглядеть остатки дома поэта в Михайловском и уцелевшую часть парка.

12 июля 1944 года Пушкинские Горы были освобождены войсками 54 армии 3 Прибалтийского фронта, а посёлок Пушкинские Горы – непосредственно 72 стрелковым полком 321 стрелковой дивизии с приданными ей частями усиления. 

Выполняя поставленную перед ними задачу, наши воины действовали без поддержки артиллерии, чтобы не пострадала могила великого поэта, и это усложнило дело, но они с честью выполняли свой долг. 

Утром 13 июля 1944 года радио на весь мир разнесло сообщение Совинформбюро: «...Западнее города Новоржев наши войска овладели районным центром... Пушкинские Горы, а также с боями заняли более 30 других населённых пунктов, в том числе железнодорожную станцию Тригорская».

За время оккупации были разрушены и сожжены Святогорский монастырь, усадьбы Пушкинского заповедника. Отступая, немцы заминировали монастырь и могилу поэта. Только решительный бросок роты автоматчиков предотвратил взрыв. При разминировании 9 сапёров погибли. По данным военных архивов с 12 по 22 июля 1944 года в Пушкинском заповеднике были обезврежены более 14 000 мин, 36 фугасов, 3 новейших по тем временам заряда с «сюрпризом» и 2107 взрывоопасных предметов.

21-23 июля 1944 года однополчане Михаила принимали участие в освобождении городов Псков и Остров, далее путь дивизии лежал в Прибалтику.

Получив на подступах к посёлку Пушкинские Горы тяжёлое ранение в живот, Михаил Маркелычев 6 месяцев, с июня по ноябрь 1944 года, пробыл в госпиталях. Молодость, сила духа мужественного бойца победили – с ноября 1944 года он вновь в строю.

Стрелок Михаил Маркелычев сражался с врагом в 23 гвардейской отдельной танковой бригаде, сыгравшей важную роль в обеспечении прорывов, действующей в составе различных армий и фронтов.

В конце 1944 года и весь 1945 год танкисты бригады участвовали в операциях на территории Польши и Германии. 23 отдельная гвардейская танковая бригада принимала активное участие в Восточно-Померанской операции, действуя в полосе 48 армии, что способствовало окружению и взятию Данцига (ныне Гданьска).

В составе 2 Белорусского фронта 23 отдельная гвардейская танковая бригада вела тяжёлые бои в пригородах и зачищала подступы к городу, обеспечивая его освобождение к концу марта. Наши тяжёлые танки и самоходки применялись по 1-2 в составе мобильных штурмовых групп, куда входили четверо автоматчиков, четверо огнемётчиков и четверо «фаустников» с трофейными огнемётами. Возможно, Михаил был бойцом танкового десанта. Не знаю, был ли такой термин в годы Великой Отечественной войны, но все знакомые стрелки танковых войск, о которых я писала, шли в бой вместе с танками, охраняя машины от вражеской пехоты. Без пехоты наши танки были более уязвимы, они могли быть подбиты гранатами или сожжены вражескими огнемётами. Танкисты и пехотинцы решали поставленные командованием задачи совместно.

С 6 по 9 апреля 1945 года войска 3 Белорусского фронта провели Кёнигсбергскую операцию, в результате которой штурмом овладели крепостью и городом Кёнигсберг (ныне Калининград).

Штурм Кёнигсберга - одна из самых масштабных и сложных городских операций. Четыре дня и четыре ночи не умолкал грохот орудий. Бой шёл за каждую улицу и за каждый дом. 11 гвардейской армии генерала К. Н. Галицкого командование поручило штурм южных укреплений Кёнигсберга. В этих боях участвовала 23 отдельная гвардейская танковая бригада, значит, и Михаил Маркелычев. Танкисты бригады вели ожесточённые уличные бои. Бригада поддерживала пехоту при прорыве обороны, уничтожала замаскированные огневые точки и форты, обеспечивая продвижение наших частей в центр города.

Войска 3 Белорусского фронта под командованием А. М. Василевского почти без паузы перешли в наступление против немецких войск, закрепившихся на Земландском полуострове и военно-морской базе Пиллау (ныне Балтийск).

Бои за Пиллау были очень кровопролитными и тяжёлыми. Немцы сопротивлялись изо всех сил – у них не было другого выхода. 
11 гвардейская армия, которая брала город-порт, понесла тяжёлые потери.

На этом история боевого пути Михаила Ивановича Маркелычева обрывается из-за отсутствия данных, но военная служба его не заканчивается. Из документов известно, что с октября 1947 года по февраль 1948 года Михаил Иванович поправлял подорванное войной здоровье в госпитале города Житомира и только 8 февраля 1948 года был уволен в запас по болезни.

Михаил Иванович вернулся в родной посёлок Ивановский, где всю последующую жизнь трудился в сельском хозяйстве. Был он и плотником, и животноводом. Обязанности выполнял честно и с любовью, за что и уважали его односельчане.

В этом году мы отметили День Победы уже в 81-й раз, но не меркнет сквозь года слава советских воинов-освободителей. Наша память сильнее времени, мы всегда будем помнить своих героев и рассказывать о них потомкам.