Под Ржевом от крови трава на века порыжела…

Наш долг перед погибшими в Великой Отечественной войне, родными и незнакомыми, не имеет срока давности. Всматриваясь в лица земляков, перечитывая отдельные моменты их боевого пути, восхищаюсь их стойкостью и мужеством и тихо благодарю за подаренную нам жизнь.

Лейтенант Галацков Пётр Михайлович – брат учительницы Прасковьи Михайловны Зыкиной. Он родился 26 ноября 1922 года в селе Белозерье Карсунского района тогда Куйбышевской, ныне Ульяновской области. По дате рождения Пётр Михайлович старше моих родителей, а на фотографии тех далёких лет он – совсем мальчишка, навечно оставшийся молодым. Представляется, как совсем недавно парень читал книги, ходил в кино, ухаживал за девушками, жил, как миллионы юношей. Но на фото он – воин, защитник, немного растерянный, с тревогой и надеждой смотрящий нам в глаза: «Вы меня не забыли?»

В июне 1941 года юноше было 18 лет. В это время он учился на втором курсе железнодорожного техникума в Ульяновске.

Война изменила все его мечты и планы. Комсомолец Пётр Галацков 26 июля 1941 года стал курсантом Ульяновского пехотного училища. Через пять месяцев 13 декабря 1941 года новоиспечённый лейтенант был переведён в Чебоксары, где с 4 декабря 1941 года по 22 апреля 1942 года формировалась 139 стрелковая дивизия (СД), в составе которой позднее начнёт он свой боевой путь в должности командира взвода 364 стрелкового полка.

23 апреля 1942 года дивизия была передислоцирована в город Иваново для получения вооружения. 3 июня 1942 года она выбыла в город Калинин (ныне Тверь), войдя в состав 4 резервной армии, где личный состав дивизии продолжил обучение. 18 июля дивизия получила приказ на марш в распоряжение 30 армии Калининского фронта, готовившейся к наступлению на Ржев. 

Ржев… Сразу мы вспоминаем Ржевскую битву, одно из самых кровопролитных сражений Великой Отечественной войны. Наш земляк Пётр Михайлович Галацков героически сражался с врагом, участвуя в Ржевско-Сычёвской наступательной операции (с 30 июля по 23 августа 1942 года).
Бои вели войска Калининского (командующий И.С. Конев) и Западного (командующий Г.К. Жуков) фронтов против немецкой группы армий «Центр». Основные сражения развернулись в районе Ржева, Зубцова и вдоль реки Волги (включая притоки). Бои в этом районе с большими потерями велись и зимой, и весной, и летом 1942 года. В этих боях приближал Великую Победу наш земляк Пётр Галацков.

В июле 1942 г. севернее Ржева на отбитой весной высотке, выбирая места для орудий, лейтенант Петр Михин (*участник Ржевской битвы, автор многих книг о войне)  заметил, что у самых корней травы в землю вросли какие-то мешки. Потянул за один из них, и, о ужас, увидел, что никакие это не мешки, а солдатские шинели. Шинели были серые, наши, солдатские, а в них - останки человеческих тел. Трупы иссохли, сморщились и почернели. Это были наши бойцы, погибшие в зимний период. Наверное, Пётр Галацков видел эту же жуткую картину. 

Из журнала боевых действий 139 стрелковой дивизии известно, что 26 июля 1942 года получен приказ штаба 30 армии: приказано наступать в полосе 16 гвардейской стрелковой дивизии, вести наступление в направлении Полунина, Тимофеева, Ржева, Домашина и к исходу первого дня овладеть северной частью Ржева до реки Волги. Прорыв вражеской обороны был намечен на участке деревни Дешёвки. До Ржева было, как говорится, рукой подать, но битва за город длилась до марта 1943 года.

 

30 июля 1942 года войска 30 армии (командующий генерал-лейтенант Д.Д. Лелюшенко) Калининского фронта начали наступление на Ржев. В 6:30 утра началась полуторачасовая артиллерийская подготовка. Пехоту 139 стрелковой дивизии артиллерийским огнём поддерживал 354 дивизионный артполк. Наблюдательные пункты артбатарей были расположены в боевых порядках пехоты, часто впереди неё. К моменту наступления были выявлены оборонительные полосы противника, засечены многочисленные огневые точки врага, его миномётные и артиллерийские батареи, ДОТы и ДЗОТы, сеть проволочных заграждений, минированные участки. В районе деревень Дешёвки, Космарихи, Бельково противник имел крупные узлы сопротивления, которые находились на господствующих высотах, все подходы к ним хорошо просматривались. Территория была детально изучена немцами, и всякий вновь появившийся бугорок сразу обнаруживался и немедленно обстреливался врагом. Местность, где намечался прорыв вражеской обороны, была болотистая, местами совсем не проходимая для танков. На беду, перед наступлением прошли сильные дожди, превратившие луга в болота, грунтовые дороги - в сплошную грязь, которая не позволяла зарыть материальную часть, заглубить пушки. Боеприпасы к батареям подвозились на вьюках, часто подносились на руках. Несмотря на все препятствия, пушки и снаряды были доставлены на огневые позиции вовремя, и артиллеристы были готовы к бою. Но время на уточнение целей и пристрелку было ограничено.

На рассвете 30 июля заговорили «Катюши», и по их сигналу к артподготовке присоединилась артиллерия дивизии. 36 орудий артполка начали вести огонь по позициям врага в районе прорыва. После окончания артподготовки пехота пошла вперёд. Танки, поддерживающие пехоту, попали в болото перед Дешёвкой и застряли. Но пехота, сопровождаемая артогнём дивизионной артиллерии, шла вперёд. К полудню пехотинцы ворвались на окраину Космарихи… Наступила ночь, и бой стал стихать. Пехота закрепилась на занятых рубежах. На рассвете под проливным дождём бой продолжился. Шли вперёд промокшие насквозь бойцы. Помогая уставшим лошадям, артиллеристы сами впрягались в лямки и тянули пушки вперёд. Неся большие потери, советские войска прорвали оборону немцев в районе деревни Дешёвки.

Далее были освобождены деревни Наумово, Дубровка, Коршуново. Противник отступил к Полунино и Галахово. Ощетинившись десятками пулемётов и миномётов, враг стал закрепляться на подготовленных рубежах (* из журнала боевых действий 354 артполка). 
В условиях проливного многодневного дождя и распутицы, где всё пространство сражения превратилось в сплошное болото, в боях у деревни Дешёвка вёл вперёд бойцов своего взвода молодой лейтенант Пётр Галацков.

Начались жестокие бои за овладение деревней Полунино, продолжавшиеся почти четыре недели. Полностью Полунино было освобождено 
25 августа 1942 года. До Ржева оставалось всего 6 км.

Яркую, но страшную картину поля перед деревнями Бельково и Свиньино рисует командир миномётного взвода 114 отдельного стрелкового батальона Л.М. Вольпе, прибывший сюда в первых числах августа 1942 года: «Перед фронтом батальона лежала большая, пересечённая оврагами и руслами каких-то ручьёв поляна – километра четыре в глубину и шесть в ширину. На другом конце поляны в бинокль хорошо просматривались развалины деревень Бельково и Свиньино. На них мы и вели наступление. Где-то впереди, правее, угадывалась знаменитая Дешёвка, которая досталась нам чрезвычайно дорогой ценой. Мне пришлось пройти через всю войну, но такого количества убитых наших бойцов не довелось уже видеть никогда. Вся поляна была усеяна телами, порывы ветра доносили трупный запах, дышать было нечем. Запомнился, например, целиком погибший расчёт противотанкового орудия, лежащий около своей перевёрнутой вверх колесами пушки в большущей воронке. Виден был командир орудия с биноклем в руке, заряжающий с зажатым в руке шнуром, подносчики, навсегда застывшие со своими так и не попавшими в казённик снарядами».

Такова горькая и суровая правда о жестоких боях подо Ржевом. И весь этот ад видел своими глазами молоденький лейтенант Пётр Галацков.
Деревни Дешёвка, Дубровка, Свиньино, Бельково упоминаются в журнале боевых действий 139 дивизии: через них с боями проходил 364 стрелковый полк, в котором сражался с врагом Пётр Галацков. Это были первые бои молодого лейтенанта. Здесь он поднимал в атаку бойцов своего взвода, здесь впервые терял своих боевых товарищей.

3 августа 1942 года дивизия получила новую задачу: овладеть деревнями Харино и Теленково и к исходу 4 августа 1942 года закрепиться на западном берегу реки со зловещим названием Бойня - притока Волги, протекающему по Ржевскому и Зубцовскому районам Тверской области. На фотографиях тихая, спокойная, похожая на наш Барыш река в те далёкие военные дни «кипела» от жарких боёв. Свидетели рассказывали, что вода была красной от крови павших бойцов. С 3 августа 139 дивизия вела бои за Харино и Теленково во взаимодействии с 114 стрелковой бригадой. Бойцам предстояло на этом рубеже преодолеть хорошо укреплённую оборону противника глубиной 1,5-2 км. Сильный артиллерийско-миномётный и пулемётный огонь врага не давал продвинуться вперёд нашим войскам, которые вынуждены были залечь и окопаться. 10 дней шли непрерывные кровопролитные бои за эти деревни. В журнале боевых действий отмечено, что с началом темноты полки проводили перегруппировки для ночных действий. Часто в ночные часы наши бойцы попадали на вражеские минные поля и погибали. Бои велись и днём, и ночью. И только 12 августа части дивизии выбили фашистов из деревень Теленково и Харино. Выжившие очевидцы тех событий рассказывали, что более жестоких боёв не видели за всю войну. Непрерывный грохот артиллерии, от которого содрогается земля, дым, заволакивающий небо, постоянные атаки вражеских позиций, а ещё - поля, усеянные телами погибших в несколько слоёв.

На изрытом воронками поле в один день гибли целые взводы, роты и даже батальоны, и на следующий день всё повторялось. Количество личного состава 139 дивизии на начало боёв составляло 12725 человек. Потери дивизии на 10 августа составили: убитыми – 792 человека, ранеными – 2701 человек, пропавшими без вести - 846 человек. Это более 4 тысяч человек за 10 дней боёв. Большие потери нёс и противник, но он вскоре подтянул резервы: 3 пехотных дивизиона и 1 танковый дивизион.

Освобождая одну деревню за другой, бойцы дивизии теснили немцев к Волге. 15 августа дивизия получила приказ: преследуя противника, не допустить его отход за реку, окружить и уничтожить врага на северном берегу.

У деревень Марьино и Зеленичино наступ-ление дивизии застопорилось. Ведя огонь из ДЗОТов и ДОТов, противник упорно удерживал этот рубеж. Немецкая авиация беспрерывно бомбила наши боевые порядки.

Командир дивизии принял решение - расстреливать вражеские огневые точки и живую силу противника в упор прямой наводкой.
Потери дивизии с 1 по 18 августа достигли 7 тысяч убитыми и ранеными. Командир дивизии ввёл в бой все свои резервы и резервы командиров частей. 19 августа линия обороны у Марьино была прорвана, противник отошёл в направлении Варюшино. 22 августа 139 СД переведена из состава 30 в состав 29 армии. К этому времени бойцы дивизии вышли к Волге в районе Горчаково.

24 августа дивизия с боями форсировала реку Волгу, выйдя на южный берег реки, и 25 августа совершила марш в район деревни Маслова гора западнее города Зубцова в 22 км от Ржева. Новой задачей было наступление на Уварово, Михеево и далее - на Ржев с юго-востока.
Не ищите деревню Уварово на карте, она погибла в сентябре 1942 года, оставшись только на старинных картах и в справочниках. 

По состоянию на 1 сентября 1942 года численный состав дивизии составлял 3361 человек из 12725 бойцов дивизии, прибывших под Ржев. Такой ценой завоёвывалась наша с вами жизнь…

9 сентября 1942 года после артиллерийской подготовки в 7:00 дивизии перешли в наступ-ление. К 9:30 бойцы 364 стрелкового полка, в котором сражался Пётр, продвинулись вперёд и заняли немецкие блиндажи на переднем крае обороны. В 16:00 стрелковый полк Петра ворвался на восточную окраину Уварово и вёл бой с группой немецких автоматчиков. Уличные бои в некоторых местах доходили до ожесточённых рукопашных схваток с применением ножей (*из журнала боевых действий). В 18:00 противник предпринял новую контратаку при поддержке трёх танков, которая была отбита. Сопротивление противника было сломлено, к 21:00 наши части полностью завладели деревней Уварово. Бой длился 14 часов.

После ожесточённых боёв за Уварово к утру 10 сентября в 364 полку осталось в строю 14 средних командиров, 41 человек младшего командного состава и рядовых. Только 55 бойцов… Весь полк погиб в боях под Ржевом.

В бою у деревни Уварово 9 сентября 1942 года сложил голову и наш земляк лейтенант Галацков Пётр Михайлович.
Известно, что воинские захоронения из Уварово в 1955-1956 годах были перенесены в братскую могилу села Паршино. Есть на этом воинском кладбище и памятный знак о гибели бойцов 139 стрелковой дивизии.

Летняя операция 1942 года под Ржевом не привела к освобождению города, но заставила вермахт перебросить в этот район боёв 12 отборных резервных дивизий и сорвала передислокацию немецких соединений с ржевско-вяземского выступа под Сталинград.

На этом рубеже, изматывая силы противника, стояли насмерть бойцы 139 стрелковой дивизии. Чуть более 50 дней поднимал в атаки своих бойцов молодой лейтенант, командир взвода Пётр Галацков. Из далёкого 1942 года словно доносится до нас его голос: «Я убит и не знаю, наш ли Ржев наконец?»

Ржев был освобождён 3 марта 1943 года. Путь до Берлина был ещё долог, но всё-таки мы победили! Ты победил, лейтенант Пётр Галацков! Вечная слава и вечная память тебе, Герой!

Строчки из стихотворения А.Т. Твардовского звучат как обращение всех погибших героев не только к своим выжившим на войне боевым товарищам, но и к нам, ныне живущим:

 …Завещаю в той жизни
Вам счастливыми быть
И родимой Отчизне
С верой дальше служить.
Горевать — горделиво,
Не клонясь головой.
Ликовать — не хвастливо
В час победы самой.
И беречь её свято,
Братья, счастье своё,
В память воина-брата,
Что погиб за неё.

*Фото из послужной картотеки, в статье использованы данные сайта «Память народа»